Усть-Каменогорск

Вниз по Иртышу

Ниже Усть-Каменогорска Иртыш течет в широкой долине: с правой стороны его лежат невысокие округлые горы, покрытые лесом, а с левой, более низменной, си­неет на горизонте узкая гряда Казахского мелкосопочника. Берега реки здесь довольно высокие и обрывистые, местами в воду спускаются острые, как лезвие ножа, скалы. Кипящие стремнины, бомы и шивера требуют особого внимания от капитанов и лоцманов.

Примерно в 40 км ниже Усть-Каменогорска находится поселок городского типа Глубокое. Еще издали видны его кирпич­ные трубы, поднявшиеся над зелеными сопками. Это своеобразные ориентиры старейшего в Казахстане Иртышского меде­плавильного завода и тепловой электро­станции. Сырье завод получает из рудни­ков Верхне-Березовского, Белоусовки и частично из других месторождений Рудного Алтая, а в свою очередь он отправляет в Усть-Каменогорск свинцовые и цинко­вые «хвосты».

Иртышский медеплавильный завод дей­ствует со времен английских концессий, претерпев на своем долгом веку много усо­вершенствований и реконструкций. Вряд ли бывшие хозяева узнали бы сейчас в современном предприятии, оснащенном но­вой техникой, кустарный завод-карлик. Здесь в тесном содружестве с учеными Все­союзного научно-исследовательского института цветной металлургии создана но­вая отрасль цветной металлургии - элек­тротермия, которая позволяет получать металлы из шлаков. А их в Глубоком - целые горы. В них содержатся тысячи тонн цинка, свинца, меди, многих редких и благородных металлов. На заводе созда­на мощная современная установка по ком­плексной переработке сырья и отходов производства.

Поселок Глубокое запоминается не толь­ко отвалами шлака, грохотом медепла­вильного завода, но также и широкими жилыми кварталами, а летом - золотисты­ми шапками подсолнухов, растущих в близком соседстве с ТЭЦ. Иртышский за­вод - крайний форпост Рудного Алтая, вы­двинутый к Предалтайским степям. Даль­ше до самого Семипалатинска по обоим бе­регам Иртыша ландшафт будет почти одни и тот же - холмистые берега да ширь кол­хозных и совхозных полей.

За Ульбинским хребтом по правобере­жью Иртыша начинается лесостепь. Вме­сте с пониженными предгорьями Алтая - это наиболее земледельческая и в то же время животноводческая часть северо-запада Рудного Алтая. В посевах здесь резко преобладает яровая пшеница, большие площади занимают также овес, ячмень и просо, а в более возвышенных местах, где глубже зимой снеговой покров, встречают­ся посевы озимой пшеницы. По предгорь­ям широко распространен подсолнечник. В этих краях много молочных и свиновод­ческих совхозов.

Организующий центр этого сельскохозяйственного района - город Шемонаиха, в недавнем прошлом большое степное село, возникшее еще во второй половине XVIII в. В наши дни здесь живет почти 20 тыс. человек. Промышленность города связана с переработкой сельскохозяйствен­ного сырья. Недалеко от Шемонаихи, в Усть-Таловке, строится медеплавильный завод, который будет использовать медные руды Николаевского и Орловского месторождений.

Если ехать отсюда дальше вниз по Ир­тышу, то на пути встретится неприметное, прячущееся летом в гуще тополей село Старая Шульба. Это очень старое село - едва ли не ровесник Усть-Каменогорска. Когда-то давным-давно здесь на высоком яре стояла сторожевая вышка, с которой просматривалась степь, и караульная из­ба, обнесенная земляным валом. В наши дни в тихое село пришли геологи и стро­ители. На крутом яре уже застучали буровые станки. Через несколько лет Старая Шульба уйдет под воду, а на ее месте под­нимется плотина гидроэлектростанции - третьей ступени в Иртышском каскаде. Но почему ее намечено строить именно в районе Старой Шульбы? Потому, что тут Ир­тыш прорывает западные отроги гор Алтая и стремительно мчится, сжатый отвесными берегами. Вырвавшись из этого каменного коридора, он смиряет свой бег образуя плоские острова, широкие плёсы и спокойные заводи. Шульбинская гидроэлектро­станция не только даст дешевую электро­энергию, но также улучшит судоходство на реке и поможет восстановить плодоро­дие полей и продуктивность лугов При­иртышья.

Западнее села Новая Шульба, по правому берегу Иртыша, тянутся ленточные боры. Красноватые стволы сосен, кажется, горят на солнце. Летом в их темной зеле­ни белеют корпуса домов отдыха и пио­нерских лагерей. К запаху речного ила примешивается здесь смолистый аромат хвои. Ленточные боры - излюбленное ме­сто отдыха семипалатинцев. Тут настоя­щее раздолье для грибников и любителей ягод. Лесные массивы вытягиваются к северу и словно раскиданы по песчаным гря­дам правобережья. Полчаса езды на автомашине по асфальтированному шоссе - и вы уже в глубине бора. Еще каких-нибудь 50 м - и вас охватывает тишина, покой, и только слышно, как шелестит под ногами сухая хвоя да шумит в вершинах деревьев ветер.

На опушке этого бора видны развалины крепостной стены Семипалатинска, осно­ванного в 1718 г. Место для его строитель­ства было выбрано неудачно: каждую вес­ну Иртыш затапливал здесь свой низкий берег. Поэтому в 1778 г. пришлось пере­двинуть крепость на 18 км вверх по реке, где сходились караванные пути из Мон­голии в Россию и из Сибири в Среднюю Азию.

От этого «нового» Семипалатинска до наших дней сохранились крепостные во­рота. Рядом с современным домом из си­ликатного кирпича и асфальтом, накатан­ным до маслянистого блеска, они выгля­дят, может быть, и неуклюжим, но приятным анахронизмом. Городская окраина давно уже шагнула от этого места на запад.

Много перевидали па своем веку крепостные ворота Семипалатинска. Когда-то, позванивая бубенцами, медленно проходи­ли через них караваны, груженные тюка­ми с двухпудовыми плитами чая, злато­ткаными, яркими, как перья жар-птицы, платками, кашгарскими шалями и шелка­ми, закупленными в Яркенде. Не зря золотой верблюд на лазоревом фоне долго украшал герб Семипалатинска, подчерки­вая значение города как крупного центра торговли на Иртыше. Образно говоря, старый Семипалатинск был воротами, открывавшими путь к сердцу малознакомой тогда Азии. Поэтому-то и привлекал он к себе внимание выдающихся исследователей и
путешественников Карелина, Семенова-Тян-Шанского, Потанина, Чокана Валиханова и многих других.

В середине прошлого столетия неподалеку от крепостных ворот стояли призе­мистые казармы Седьмого линейного ба­тальона. Там, в помещении первой роты, можно было встретить сутулого солдата с землистым, нездоровым лицом. Серая шинель со сборками на спине и красными погонами сидела на нем мешковато. Это был Ф.М. Достоевский. В 1854 г. он был освобожден из ненавистного «мертвого до­ма» - Омского каторжного острога - и выехал по этапу в Семипалатинск, где ждала его относительная свобода - сол­датская служба в линейном батальоне. От­сюда в Петербург писатель возвращался почти тем же путем, по которому его вели закованного в кандалы на каторгу в 1844 г. Сейчас в Семипалатинске есть улица До­стоевского и библиотека его имени. Она помещается в доме, где когда-то жил пи­сатель.

В Семипалатинске подолгу останавли­вался казахский поэт и мыслитель Абай Кунанбаев. На улице Мухтара Ауэзова, ко­торая в те времена была частью Татарской слободы, и сейчас стоит двухэтажный особ­няк: несколько довольно тесных комнат, низкие потолки, темные коридорчики. В этом доме часто, особенно зимой, оста­навливался Абай, приезжавший по своим делам в Семипалатинск из родного аула Жетыбай. Сейчас здесь открыт литератур­но-мемориальный музей великого казах­ского поэта.

Говоря о старом Семипалатинске, нельзя не упомянуть о пребывании в нем Е.И. Михаэлиса, целиком отдавшегося изучению этого края и просветительской деятельности. Один перечень того, что сделал он за годы, проведенные в Семипалатин­ске, занял бы немало страниц. Е.И. Михаэлис был удивительно разносторонним и в то же время глубоко эрудированным во многих вопросах человеком. Как геолог он хорошо изучил золотоносный Калбинский хребет и высказал предположение о залежах каменного угля в Зайсанской котловине. Ученый исследовал горы и об­наружил в 1871-1872 гг. там следы оле­денения. Как почвоведа Е.И. Михаэлиса интересовала эрозия почвы в Семипала­тинском Прииртышье. Им же были пред­ложены меры борьбы с летучими песками, составлена подробная навигационная кар­та, а также собраны значительные мате­риалы экономического и географического характера для решения вопроса о регуляр­ном судоходстве по Верхнему Иртышу.

Во времена Абая и Михаэлиса офицеры местного гарнизона не без основания называли Семипалатинск Чортовой песочни­цей. Действительно, пески тогда наступа­ли с трех сторон на город и груды их ме­стам лежали почти вровень с окнами домов. В 1935 г. в Семипалатинске побы­вал Михаил Иванович Калинин. После осмотра города он сказал, выступая на митинге: «Мне бы хотелось, чтобы вы на­чали беспощадную борьбу с песками, с пустыней и не только бы приостановили движение песков, но и окружили Семипалатинск зелеными оазисами».

Ныне Семипалатинск (около 240 тыс. жителей) - одни из самых зеленых горо­дов республики. Ему, конечно, еще далеко до Алма-Аты, но каждый год на его ули­цах высаживают тысячи деревьев и ку­старников. В самые жаркие дни, когда термометр показывает почти 40° выше нуля, они дают спасительную прохладную тень.

Семипалатинск называют городом лег­кой и пищевой промышленности. Его доля в выпуске товаров народного потребления в республике составляет 35%. В городе на­ходятся самая крупная в Казахстане меха­низированная обувная фабрика, швейная фирма «Большевичка», суконный, валяльно-войлочный и трикотажно-прядильный комбинаты.

Крупный промышленный район сложил­ся в городе на левобережье. Его называют Жанасемей - Новый Семипалатинск. От старой Заречной слободы в этой части города остались лишь кое-где стоящие, при­земистые, вросшие в землю домишки с торчащими на плоских крышах печными трубами.

Над ними поднимается светло-серая ку­бическая громадина мясоконсервного ком­бината - сложное переплетение трубопро­водов, электрических сетей, конвейерных линий, множества станков и машин, подчиненных строгому технологическому процессу.

Из цехов комбината поступают колбасы, консервы, детский гематоген, похожий на плитки шоколада, прозрачный как стекло желатин, изящные художественные изде­лия и обыкновенные пуговицы.

Летом, в разгар забойного сезона, ком­бинат дает 300 тыс. банок консервов, тон­ны сосисок и сарделек, много кож. По пе­реработке мелкого скота и производству консервов он - крупнейший в стране, боль­ше подобных предприятий Москвы и Ле­нинграда.

Жанасемей связан с центром города ши­роким железобетонным мостом. Полвека назад через реку ходили так называемые паромы - «самолеты». Подгоняемые боковым течением, они медленно двигались вдоль стального троса от берега к берегу. У пе­реправы всегда скапливались очереди под­вод, хрипло кричали верблюды. «Нужда в устройстве моста через Иртыш, - писала тогда местная газета, - огромная. Не бу­дет парадоксом, если мы скажем, что эко­номическое процветание Семипалатинска и благоустройство Заречной слободы в зна­чительной мере будет зависеть от устой­чивой и удобной мостовой переправы».

Своей прочностью новый мост невольно внушает уважение, а рядом с ним взмет­нул ажурные полукружья и железнодо­рожный мост.

С него хорошо видно, как внизу, остав­ляя за собой пенный след, стремительно промчалась «Ракета». Через несколько ча­сов она будет в Павлодаре. Еще совсем не­давно вниз по Иртышу ходили колесные пароходы, и путешествие на них до Пав­лодара занимало два дня. Теперь на смену им пришли быстроходные «Ракеты», а ста­рые суда переоборудуются под плавучие дома отдыха. Они останавливаются в живописных местах: у опушки ленточного бора, в тихих протоках, где настоящий рай для рыболовов, и у небольших остро­вов, густо заросших черемухой.

К северу от города Семипалатинска по правобережью реки Иртыш раскинулась почти идеально ровная Бельагачская степь с плодородными почвами. Земли здесь уже давно заняты посевами яровой пшеницы, серых хлебов, в том числе и озимой ржи. Заселенность этой территории довольно высокая, здесь находятся крупные села, основанные еще до революции. В этих краях недалеко от Семипалатинска расположена станция Аул, вблизи которой сосновом бору создан хорошо известный климато- и кумысолечебный курорт для легочных больных, несколько санаториев и домов отдыха.

В отличие от правобережья левобережье Иртыша имеет мелкосопочный рельеф, где холмистые равнины чередуются с невысо­кими сопками и грядами. Здесь в ланд­шафте преобладают светло-каштановые по­чвы с пятнами солонцов, поэтому тут больше пастбищ и меньше пашни и сенокосов. В левобережье живут преимущественно казахи, их аулы по размерам невелики и стоят друг от друга на значительных расстояниях.

Книга «Казахстан». Ответственные редакторы Пальгов Н.Н., Ярмухамедов М.Ш., М.: 1970 г.